Автор: Влад Казначеев ОТВЕТ ПОЛКОВНИКА Здравствуй, сочинитель, ты хитер, как бес. Чтоб найти тебя, я обошел весь лес. В сумерках твой дом искать не так-то просто, Дай-ка я присяду, отстегну протез. Что ж, давай закурим, табачок бодрит. Нет, вина не надо, твой портвейн горчит. Бедного полковника нашли в овраге, Кается, что пил - его уже тошнит. Ладно, покурили, перейдем к делам: Завтра - наступление по всем фронтам, Славная баталия за честь отчизны Завтра предстоит в числе других и нам. Танк готовит к бою храбрый экипаж, Пехотинец набивает патронташ, Ты ж себя ведешь, как пацифист и скептик, Или, по-российски говоря, "не наш". Видишь ли, вопрос о мастерах искусств В смысле стратегическом не так уж пуст: Много ты успел внушить солдатам нашим Мыслей нежелательных, а также чувств. Я ж, как патриот и член КПСС, Не могу закрыть глаза на сей процесс, Именно за этим я пришел, приятель, Именно за этим отстегнул протез. Он в моей руке отнюдь не для причуд. Легкое нажатье - и тебе капут. В нем упрятан ствол калибра тридцать восемь: Тысяча смертей за шестьдесят минут. В путь, мой дорогой, уже горит восход. Следующий гость сейчас за мной зайдет. Нужно навестить еще троих поэтов, До утра должны мы завершить обход. --------------------------------------------------------------------- Авторы: Влад Казначеев Валера Фуксман ДУБОВЫЕ КОРЕНЬЯ Будь проклят день, когда решил я встать на этот путь тернистый, И согласилась ты меня с собой в голодный взять поход. Тебе решил я доказать, что я мужик весьма кремнистый, И вот кремнюсь девятый день, и мне уже не до острот. Тут чей-то лагерь в двух шагах, шум примусов там ясно слышен, У них давно уже готов ошеломляющий омлет, Картошка с салом и лучком, и чай с варением из вишен, У нас же этого всего в раскладке не было и нет. Ты знаешь, я не утерплю, я побегу полюбоваться, Я ненадолго пропаду, я попаду на торжество. Ну сколько можно день и ночь лишь мухоморами питаться, И запивать их день и ночь водой, и больше ничего. Уже кружится голова, щекочет ноздри запах пива, Я ощущаю аромат чего-то в собственном соку, А ты смеешься надо мной, ты свой бамбук сосешь счастливо, А я уже лежу пластом, пошевелиться не могу. Течет шампанское рекой, у них, должно быть, день рожденья, И мармелад, и ананас, и шоколадные торты, А ты ужасно занята - жуешь дубовые коренья, И на Земле их не жует никто обильнее, чем ты. Гастрономический кошмар всегда один и вечно новый, Все та же ягодка блестит, недонесенная до рта. Ни ром, ни кофе, ни коньяк - один отвар коры сосновой, Но не вернуться нам с тобой и никуда, и никогда. --------------------------------------------------------------------- Авторы: Влад Казначеев Валера Фуксман Мое снаряжение 1 В понедельник с утра тяжела тишина, Словно Ланцберг в затылок стучится. Все твердит он:"В дорогу пора, старина!" Это ж надо так было напиться... И уже не спасают ни дом, ни очаг, От тоски по плацкартным вагонам И то справа, то слева на чьих-то плечах Рюкзаки из капрона... Он прошел, разгребая стекло и металл, По помойкам и складам отходов, Из десантных полков парашюты таскал, И титан с оборонных заводов. В вышине поднебесной, как горный козел, Под водой - на манер Ихтиандра - Он повсюду искал, и однажды нашел Километр каландра. И теперь он обходит родных и друзей, Умоляя войти в положенье, У знакомых и малознакомых людей Собирая себе снаряженье. Кропотливо, ценою большого труда, Он рисует подробные карты. Удается при этом ему не всегда, Соблюсти мировые стандарты. А когда в гастроном он войдет, наконец, Сбитый с толку рекламной картинкой - Как октябрь, золотист, там лежит огурец, И мясная начинка... Он один неустанно и клеит и шьет, Мастерит, укрепляет и лепит. И на штурм предварительных касс он идет, И в душе его трепет... Восхваляет он искренне социализм, И причина не в нервном растройстве - Ох, и скучен, наверное, горный туризм При ином социальном устройстве! Авторы: Саша Штурм Валера Фуксман Вечно открытый Божьему гневу, Шаг замедляю перед горой. Дело не в том, что труден путь к небу - Слишком тяжёл рюкзак подо мной. Весь из капрона соткан и создан, Кажется сзади страшным горбом. Он на мне папа и бонза, Там он царь, там его дом. Мной, как верблюдом, смеет он править, С гибельным весом дружит на "ты". Мне же под ношей жутко представить Даже частицу той красоты. Как не пытайся, сколько не бейся - Не запихать в него колесо... Он уже восемь на десять, Но, увы, это не всё. Лямки отвисли, краски погасли, Пояс порвался - больше не жмёт. Все перешивы были напрасны - Видно, ничто его не проймёт. Сколько небритых, толстых и тощих Сидор таскали - всех не сочтёшь... Что ж, кулёк, не помянёшь их?! Что ж ты, мать, песни поёшь?! Он горделиво мне отвечает, Вправо игриво тубус креня: "То, что в других уже не влезает - Всё это влезет только в меня!" Я замолкаю. Кто же не знает, Что на подъёме скажешь мешку? Он на мне в небо взлетает, Я под ним вглубь ухожу... Мир тебе, сидор, вечно и ныне Шествуй к вершине, к небу стремись. Я по откосу, ты - на хребтине, Каждый, как может, движется ввысь. Я продолжаю выше и круче Прыгать с авоськой по пупырям. Но рюкзак - вечный мой кучер С каждым днём легче на грамм...